Автор: Андрей Колесов
публикуется по оригиналу на сайте PC Week
Термин “управление документооборотом” пришел на наш ИТ-рынок, кажется, еще из советской поры и уже более полутора десятков лет в профессиональной среде обсуждается вопрос, насколько адекватно это название отражает суть задач данного направления автоматизации. И тем не менее именно он чаще всего и сегодня используется в России для характеристики очень большого сегмента ИТ-рынка.
В начале нынешнего десятилетия общественный интерес (если судить по числу мероприятий и публикаций в профессиональной прессе) к теме автоматизации документооборота в нашей стране вроде бы пошел на убыль. Что вполне понятно: этап дискуссий и убеждения заказчиков закончился и наступил период практической работы по реализации проектов. Однако в последние два-три года мы можем наблюдать новую волну повышенного внимания к данной тематике, что объясняется серьезными изменениями, происходящими как на мировом, так и на российской рынках.
Общемировой тенденцией является смещение акцентов использования ИТ в направлении обработки неструктурированной информации, что определяется, с одной стороны, растущими возможностями самих технологий, а с другой — требованиями заказчиков в связи с необходимостью повышения эффективности деятельности предприятий. Всё это ведет к повышению значимости сегмента средств управления корпоративным содержанием (Enterprise Content Management, ECM) на ИТ-рынке.
Средства ECM стали сегодня неотъемлемой частью информационных систем предприятий, более того всё чаще они выполняют критически важные функции. Предприятия теперь рассматривают свои корпоративные системы как единый интегрированный комплекс, который включает четыре ключевых подсистемы: управление ИТ-инфраструктрой, ERP-систему, управление документами и контентом, а также бизнес-аналитику (см. рисунок). Реализация такой системы возможна только на базе интеграции различных функциональных компонентов, что и предопределило выход на лидирующие позиции так называемых мегавендоров — многопрофильных производителей софта, основа бизнеса которых лежит в области базового ПО, преимущественно платформенного уровня.
Общемировая тенденция в России усиливается тем, что по сути мы только сейчас переходим от решения задач учета документов (чему и соответствует в традиционном понимании термин “управление документооборотом”) к полномасштабной автоматизированной работе с документами и другой корпоративной информацией, т. е. к решению задач ECM (см. также PC Week/RE, № 19/2007).
Чтобы разобраться с текущей ситуацией на рынке систем электронного документооборота (СЭД), мы провели опрос экспертов, в качестве которых выступили представители практически всех заметных игроков на российском рынке. По целому ряду вопросов, имеющих, как правило, отношение к наиболее общим оценкам, их взгляды совпали. Но есть и весьма любопытные различия во мнениях, которые, важно отметить, определяются не столько субъективностью подхода экспертов, сколько разницей в рыночном опыте вендоров, в их изначально выбранных маркетинговых и технологических стратегиях. Например, кто-то уже хорошо освоил сегмент государственных и крупных корпоративных структур и только сейчас спускается на уровень малого и среднего бизнеса. А кто-то движется во встречном направлении. Нужно также сказать и о различиях в технологических подходах поставщиков. Кто-то делает ставку на использование базовых платформ глобальных вендоров, кто-то изначально создавал собственную платформу.
Изменения спроса и требований на рынке
Общие тенденции рынка управления документами вполне очевидны: его объем растет, увеличиваются масштабы и комплексность проектов, расширяется спектр заказчиков, прежде всего за счет средних и малых предприятия.
Практика компании Directum говорит о резко возросшем интересе к системам автоматизации со стороны банков, по-прежнему активны предприятия нефтегазовой отрасли. При этом Василий Бабинцев отмечает, что компаниям нужна комплексная автоматизация всех, в том числе специфичных бизнес-процессов. В этих условиях коробочные решения отходят на второй план, хотя и сохраняют свою значимость для небольших компаний.
По мнению Сергея Курьянова, только сейчас средние фирмы поняли, что документооборот — это достижимо и, главное, очень полезно не только для огромных корпораций или отдельных отраслей вроде банков, но и для любого “нормального предприятия”. Он отмечает также появление клиентов, интересующихся не документооборотом, а автоматизацией ключевых бизнес-процессов, например договорным или платежным процессом и т. п.
Очень часто документооборот при этом реализуется именно в рамках подобного процесса, создается специализированный архив связанных с ним документов, а дальше автоматизируется следующий процесс и т. д. В этом контексте отмечается рост запросов на “заказные” решения и на возможность в дальнейшем их развивать и модифицировать самостоятельно. Видимо, такая модификация спроса связана с расширением доли коммерческих предприятий среди заказчиков. В то же время клиентские предпочтения еще не сформировались: заказчик зачастую требует всё, о чем он слышал, не особенно задумываясь о том, что именно ему реально нужно.
Елена Стрелкова отмечает активность в прошедшем году предприятий электроэнергетики, что вполне вероятно связано с реструктуризацией отрасли. Целью большинства проектов тут было сокращение сроков обработки документов и увеличение эффективности контроля исполнительской дисциплины, что особенно важно для крупных и территориально распределенных корпораций. Самым масштабным в прошедшем году стал проект в “ФСК ЕЭС”, где к автоматизированной системе управленческого документооборота подключено 30 тыс. одновременно работающих пользователей. В результате уже сейчас в компании запрещено хождение документов на бумажном носителе, за исключением входящей и исходящей корреспонденции.
А вот Рашид Мухарлямов говорит о значительном увеличении интереса к решениям по управлению документами со стороны органов власти и компаний с высокой долей участия государственного капитала. Он отмечает также спад ажиотажного спроса на универсальные технологические платформы: заказчики готовы покупать их, но во главу угла ставится наличие готовых функциональных решений на этих платформах, возможность их интеграции в инфраструктуру предприятия, быстрое освоение системы пользователями. Для поставщиков платформенных решений ключевым фактором успеха заключается в наличии достаточного количества специалистов, готовых внедрять и сопровождать системы. По мнению представителя Microsoft, в России есть примеры отличных систем управления документами, не добившихся успеха на рынке именно из-за отсутствия партнерской поддержки.
Дмитрий Калаев также говорит о переходе компаний от задач автоматизации хранения и учета документов к автоматизации бизнес-процессов. Если раньше документооборот зачастую служил для автоматизации вспомогательных задач, то сейчас при внедрении акцент делается в первую очередь на производственные процессы, дающие весомые конкурентные преимущества и приносящие реальную финансовую отдачу при их автоматизации. Повышается внимание крупных поставщиков к среднему бизнесу — с одной стороны, это связано с тем, что данный сегмент клиентов стал проявлять интерес к серьезным решениям, а с другой -- с тем, что заказчики в крупном бизнесе “заканчиваются”.
Дмитрий Сивохин оценки рынка со стороны R-Style представил с использованием количественных показателей. Так, по его мнению, объем продаж СЭД в России с 2005-го по 2007 гг. вырос с 75 до 140 млн. долл., причем увеличение произошло во многом благодаря изменению потребительского состава и качественному изменению спроса. Открытая статистика по проектам говорит о том, что их четвертая часть выполнена в компаниях финансового сектора и столько же в государственном секторе. Среди остальной части заказчиков можно выделить предприятия промышленности и строительства, ТЭК и сферу услуг. С точки зрения размеров бизнеса клиентов рынок делится примерно поровну между малым и средним бизнесом (до 500 сотрудников и ИТ-бюджет до 50 тыс. долл.) и крупным. В SMB на проекты, связанные с внедрением СЭД, тратилось до 20% ИТ-бюджета. На рынке преобладает спрос на тиражируемые решения (70% рынка), что определяется тремя факторами — относительно низкой стоимостью систем, их хорошей проработанностью и простотой внедрения. В целом на рынке сформировалось несколько групп СЭД для решения четырех основных классов задач: делопроизводство, управление процессами и потоками документов, управление архивом документов, поддержка коллективной работы.
Андрей Макаров считает, что рынок развивается эволюционно, клиентская база расширяется в основном за счет средних и мелких заказчиков. Многие из них приобретают только “коробку” (лицензии) и внедряют СЭД самостоятельно.
Опыт компании “Аплана” свидетельствует о том, что отчетливой тенденцией является выбор СЭД для автоматизации управленческого документооборота, для поддержки принятия решения руководством. При этом собственно автоматизация процессов подготовки документов откладывается на потом. Андрей Гриб считает также, что основными заказчиками СЭД являются крупные компании. Большую потребность в таких системах испытывают предприятия, делающие ставку на политику региональной экспансии и построения вертикальных или горизонтальных холдингов, при расширении бизнеса им важно сохранить целостность и управляемость. Еще один сегмент клиентов — организации, в которых работа с документами является основным бизнес-процессом (госсектор, банковская сфера, страхование, юридические услуги и т. д.). Но здесь везде нужны специализированные решения, так как бизнес-процессы в них сильно различаются. Что касается масштабов проектов, то растет не только количество бизнес-пользователей (оно варьируется в проектах от 200 до 25 тыс.), но и число автоматизированных бизнес-процессов. Для заказчика важно получить быстрый результат, поэтому предпочтение отдается готовому решению, с оговоркой, что его можно будет дальше развивать в соответствии с постоянно изменяющимися требованиями.
По словам Андрея Линева, спектр клиентов “ИнтерТраста” остался прежним: банковский и кредитно-финансовый сектор (20%), предприятия топливно-энергетического комплекса (15%), предприятия связи и телекоммуникаций (15%), транспортные (15%) и промышленные предприятия (10%), государственные структуры (15%), международные компании и другие коммерческие организации(10%). Особенностью 2007 г. стало повышение спроса на системы СЭД со стороны промышленных предприятий. Тенденция к увеличению масштабов проектов проявляется и в том, что растет количество устанавливаемых рабочих мест уже на фазе п